Абсурд разрастается, как фатальный желтоцвет в черноземе сердца, мозга
и
ощущений... Я хочу идти к безумию и его звездам, к его белым лунным
солнцам, его далекому эху, его отрывистому лаю румяных собак. Цветущие
острова окружают ледяное озеро. Там птицы гнездятся в перьях ветра, и
неподвижная золотая жаба грызет угол пространства, и клюв цапли широко
раскрывается в радостное ничто, и муха застывает в дрожащем солнечном
луче. В мягком расширении сознания слышится слабое тик-так спокойной
смерти сумасшедших. Я слышу его, слышу отчетливо.


В тебе прокиснет кровь твоих отцов и дедов.
Стать сильным, как они, тебе не суждено.
На жизнь, ее скорбей и счастья не изведав,
Ты будешь, как больной, смотреть через окно.
И кожа ссохнется, и мышцы ослабеют,
И скука въестся в плоть, желания губя,
И в черепе твоем мечты окостенеют,
И ужас из зеркал посмотрит на тебя.